Юдашкин, Вагнер и Шекспир: известный модельер рассказал о работе над экспериментальным шоу


Телеканал «78», 17 февраля 2020. 
Петербургские модели в роскошных платьях haute couture из коллекций Валентина Юдашкина вышли 14 февраля на сцену Александринского театра. Балет, оперетта, драма, опера и высокая мода объединились в экспериментальной постановке «Ещё раз о любви».
«Роман в электронных письмах»
День всех влюблённых в этом году знаменитый модельер и народный художник России Валентин Юдашкин провёл в Петербурге. Кутюрье приехал в наш город, чтобы скромно из-за кулис посмотреть шоу, созданное им на сцене Александринского театра в паре с режиссёром Юрием Александровым — руководителем камерного театра «Санктъ-Петербургъ Опера».

Необычный проект совместил все виды высокого искусства: оперу и балет, драму и оперетту, великолепную классическую музыку и фрагменты авторских коллекций Валентина Юдашкина. Как рассказали журналистам перед началом представления модельер и режиссёр, идея создать подобное шоу возникла ещё полгода назад. За эти месяцы у Александрова и Юдашкина состоялся практически «роман в письмах»: большая часть работы над проектом, по признанию модельера, велась по почте. Дважды петербургский режиссёр посещал коллегу по постановке в Москве.

— Мы обсуждали каждый момент, потому что я новичок в этой истории, и я всё время спрашивал, переживал, как бы тут чего не вышло, — признался режиссёр.Народный артист России, лауреат «Золотой маски» и «Золотого софита» Юрий Александров отметил также, что ни секунды не испытывал сомнений, когда ему поступило предложение о столь необычном сотрудничестве:

— Знаете, это была любовь с первого взгляда. Мне нравятся масштабные проекты, нравится пробовать что-то новое.
Правда, режиссёр рассказал, что сам Юдашкин не верил в удачный исход смелого замысла:

— Я скажу честно, Валентин Абрамович первое, что мне сказал: «У вас ничего не получится». Я говорю: «Почему?!» А он отвечает: «Потому что мои костюмы не могут стоять рядом с чем-то другим».
Модельер пошутил, что с его костюмами сочетается только балет — потому что танцоры, как и его модели, выглядят голыми.

— Это, конечно, всё шутка, но в этом есть какая-то доля правды, — заметил Юрий Александров.
Проблема модельной отрешённости на сцене
— Петербург для меня очень родной город, — признался Валентин Юдашкин перед премьерой постановки. — Когда мне грустно, когда мне скучно, когда я хочу уйти ото всех из Москвы, я беру свою семью и приезжаю в Петербург. На какие-то большие юбилеи, чтобы скрыться… Это уже наша семейная традиция — посещение Петербурга. Естественно, это Эрмитаж, Русский музей, театральные площадки. Но, когда мне предложили полгода назад здесь выступить, я всё-таки не понимал, что это очень серьёзно.
Валентин Юдашкин, по его признанию, от такой «дрессировки» моделей был в шоке — модельер считал, что девушки «в жизни этого не сделают». Тем не менее, петербургскому режиссёру удалось расшевелить холодных красавиц:

— У кого-то больше получается, у кого-то меньше, — отметил Александров. — Но вот это марево, когда их много, и они все движутся… Мы ставим их на котурны, на подиумы, чтобы дать им возможность не просто выйти, «пришла-ушла», и мы ничего не поняли, а дополнительную возможность (для зрителей) насладиться всем этим. Это было сложно. Но интересно. Там есть девочки, которым по 14 лет. Они красивые, конечно, но они учатся в восьмом классе. Вот что она может, как она может почувствовать?
Кутюрье также подчеркнул, что «в Питере очень красивые девочки». Тем не менее, научить «ледяных красавиц» театральным жестам, испуганным взглядам и минимальным проявлениям эмоций петербургский режиссёр всё же смог.

Вера, упорство и музыка Вагнера
Валентин Юдашкин рассказал в беседе с журналистами, что во многом осуществить создание шоу удалось именно благодаря упорству всей постановочной группы театра:

— С таким напором, с такой верой, что это можно сделать (они за это взялись)… Она была у них точно. Честно скажу, что я сомневался. Я очень люблю художественного руководителя театра Валерия Фокина, мы очень часто общаемся в Москве, я имел честь видеть новую сцену, она очень авангардная, современная… Но войти в этот зал — это всегда очень ответственно!По словам модельера, выступление «в намоленных золотых стенах» Александринского театра отличается от модных показов во Франции и Италии именно тем, что вызывает в нём значительно больший трепет.

— Эти костюмы будут показаны всего лишь второй раз, — отметил перед премьерой шоу Юдашкин. — У них была «первая ночь» или во Франции, или в Италии. Потом это всё консервировалось для музеев, поэтому была сложна и репетиция, чтобы ничего не зацепить, у режиссёра тоже была тяжёлая нагрузка, потому что пластика ограничена. И мы пытались склеить всё вместе, насколько это было возможно.
Юрий Александров, впрочем, заявил, что его «драгоценный напарник Валентин Абрамович», на самом деле, скромничает. Его модели — вовсе не «составная часть» представления, а его стержень:

— Всё наше шоу подчинено его моделям, его костюмам, его идеям. Я взял за основу шекспировскую «Ромео и Джульетту». В спектакле заняты два замечательных ребёнка — студенты Ивана Ивановича (Иван Иванович Благодёр — заведующий творческой частью Александринского театра — прим. ред.). Они играют в трёх сценах. Первая — встреча на маскараде, и у нас маскарадное дефиле, вторая — это встреча лирическая, и у нас белое дефиле. И, наконец, трагическая сцена смерти — но у нас смерти нет, в театре не бывает смерти, это уход в какое-то новое состояние. Мы называем это «чёрное дефиле».
Как рассказал Иван Благодёр, при выборе актёров на роли Ромео и Джульетты режиссёру был дан «полный карт-бланш» — весь курс мечтал занять эти позиции, а когда выбор был сделан, разразилась едва ли не трагедия среди «отвергнутых». Но восторженные юные актёры — это ещё не всё, что нужно для успеха постановки.— Чтобы поднять всю эту историю на шекспировский уровень и сделать это немного иначе, чем привычный показ моды, я взял музыку Вагнера, мои самые любимые части из «Тангейзера», из «Лоэнгрина», из «Мейстерзингеров». Мне хотелось поднять эту историю на котурны. И, я думаю, что это помогло «объединить коня и трепетную лань» в одну упряжку. Я беру на себя роль коня, — пошутил режиссёр. — Можете считать, что это моё объяснение в любви этому великому мастеру и замечательному человеку.
О трепетном отношении к театру
Несмотря на полгода переписки, полноценная репетиция с поставленным светом, звуком и всеми прочими деталями была перед премьерой шоу «Ещё раз о любви» лишь одна. Что заставило кутюрье и режиссёра немало переживать. Тем не менее, попурри из самых разных произведений, стянутое одной романтической нитью, вышло исключительно ярким и впечатляющим.

Как отметил сам Валентин Юдашкин, главной и самой большой трудностью при работе над постановкой был именно недостаток времени. Из-за недостатка времени модельер не смог также посетить фрик-шоу своего коллеги Жан-Поля Готье. На вопрос о том, есть ли между шоу Готье и постановкой Юдашкина и Александрова что-то общее, кутюрье покачал головой:

— Сказать очень сложно, потому что это две совершенно разные программы, у них даже названия разные: у Готье это «фрик-шоу». Я всё-таки считаю, что его шоу (рассчитано) на клубные площадки, то есть это не театр как театр, это театр как кабаре. В любом фрик-шоу есть протестное движение, где человек не согласен, или он нон-конформист, или представляет новое направление в моде…Свою постановку Юдашкин всё же уверенно считает квинтэссенцией классики. В конце концов, не зря платья, созданные художником, хранятся в Лувре и других известнейших мировых музеях. Кроме того, модельер имеет успешный опыт работы с театрами:

— Я начинал работать в театре Станиславского и Немировича-Данченко в Москве, потом продолжил свою деятельность в мастерских Большого театра, поэтому я знаю, что такое сценический костюм. Только недавно, в том году мы сделали премьеру спектакля «Моя прекрасная леди» в театре Табакова с петербургским режиссёром Аллой Сигаловой. Поэтому к театру я отношусь очень трепетно.
На прощание Юрий Александров предложил Юдашкину сделать вместе что-нибудь ещё — например, в опере. Кутюрье признался, что это было бы интересно:

— Оперу я люблю!